«Надо же, как мы вчера наквасились! Боже, в каком мы состоянии! Я так напилась последний раз в институте на выпускном вечере, потому что каждый норовил обмыть мой красный диплом. Но вчера… Сколько же мы выпили? – напрягла память Стеша, пытаясь сфокусировать взгляд на пустых бутылках, валявшихся под столом, и сосчитать их. – У меня и спиртного-то столько в доме не было… хотя Федя, принесший свою трезвость в угоду хозяйке, вчера несколько раз бегал куда-то ночью под лозунгом «Даешь спиртное!». Из нас никто, по-видимому, не смог забраться на кровать, так и уснули на полу! Что бы подумали о нас люди?»

Все эти мысли просачивались в сознание Стеши словно через тягучий, вязкий мед. Она только сейчас акцентировала свое внимание на втором разбудившем ее звуке, звуке, напоминавшем работающую дрель. Это душераздирающе звонили в ее входную дверь.

– Черт! – вскрикнула Степанида и начала интенсивно расталкивать своих друзей и вчерашних собутыльников. – Вставайте немедленно! К нам, то есть ко мне, пришли!

Федор издал какой-то нечленораздельный звук. А подруга Алла подняла свое бледное, помятое лицо от пола и так же, как минуту назад Стеша, с ужасом уставилась на пятку Федора. Степанида же с не меньшим ужасом уставилась на огромный фиолетовый фингал под левым глазом Аллы.

«Это-то откуда?! Вчера вроде мы друг друга не били… Наверняка это Федор заехал своей хозяйке в лицо ногой! Какой кошмар! Он так интенсивно дергал во сне ногами, вероятно, Феде снилось, что он ведет машину, и мое лицо для него было тормозом, а Аллин длинный нос – педалью газа! Эх, Федя!»

– Что со мной? – простонала Алла. – Меня не переехал поезд?

– Кто вчера подначивал выпить еще? – спросила Стеша.